Кто для меня тайцы или Как появились ирбужцы

Каждая новая идея — лишь отражение пережитого опыта. И как же здорово вдруг обнаружить корни той или иной мысли.
Эту статью я пишу, находясь на высоте 10 980 метров, в самолете, следующем с острова Пхукет в Москву. Мы с мужем провели в Таиланде почти три месяца, но сегодня я не буду рассказывать о том, как мы искали квартиру, учились ездить на байке или погружались в Андаманское море. Сегодня я расскажу о тайцах, которые к моему собственному удивлению стали прототипом ирбужецев — инопланетной расы из моих межпланетных детективов.

Впервые я оказалась с Таиланде в ноябре 2015-го года. Тогда мы с мужем приняли одно из самых тяжелых, но тем не менее верных решений: закрыли веб-студию, которую развивали 7 лет. Продали офисную мебель и технику, уволили сотрудников и буквально за две недели из предпринимателей превратились во фрилансеров. А потом пошли ещё дальше — купили билеты в Таиланд и уехали на длительную зимовку.
Подробнее о том, как мы докатились до жизни такой, читайте здесь.
Тогда, в конце 2015-го, начале 2016-го, нашу бедную страну разрывал очередной кризис, мы с мужем пытались понять, как жить дальше, а я приняла для себя ещё одно очень важное и правильное решение: решила писать книги.

К тому моменту я уже работала по ночами над сценами из своего первого романа, но это скорее была репетиция, теперь же я поняла, что хочу развивать писательское мастерство и создавать по-настоящему интересные истории.

И вот почти 2,5 года спустя я пишу уже третью книгу, а в облаке тем временем ждет своего часа сюжет четвертой. И только теперь, после второй уже зимовки в Таиланде, я вдруг поняла, как много общего у тайцев и тех самых ирбужцев, которых, как мне казалось, я изобрела ещё до поездки в страну улыбок.


Типичная картина в Таиланде — работяги возвращаются домой.
Сладкоежки

Когда продавца фруктов спрашиваешь: «Это вкусно?», — он утвердительно кивает и говорит: «Sweet» (сладкое).

В смузи из манго они обязательно добавляют сладкий сироп, пад-тай (обжаренная лапша с цыпленком, креветками или морепродуктами) посыпают сахаром, креветки готовят в соусе из тамаринда (невероятно приторный фрукт, слаще фиников).

Каждые выходные мы ездили на рынок, чтобы купить восхитительный тайский десерт — кокосовые оладушки. Рядом с прилавком всегда стоит очередь, а повара просто не успевают готовить. И вот однажды мы при ходим за оладушками, очередь на месте, повара в поте лица жарят наш любимый десерт, вот только на прилавке уже лежит горка готовых оладушков, но никто их не берет.
— Привет, — говорю, — а сделайте нам две коробочки, как обычно.
Таец скромно улыбается:
— Попробуйте сначала, вдруг вам не понравится.
Беру готовый оладушек, пробую — вкусно! Не понимаю, в чем подвох?
— А почему нам должно не понравиться? Всё, как всегда, вкусно!
Продавец удивленно смотрит на меня:
— Сахару положили меньше, чем обычно. Партия испорчена.
Откусываю еще кусочек:
— Но ведь сладко же!
Продавец смеется:
— Не для тайцев.
Эта история произошла уже после того, как я написала «Первый межпланетный детектив», однако вот вам фрагмент разговора Алисы и ирбужца Бернарда.
— Почему твои блины такие сладкие? — спросила она [Алиса], подхватывая кружку с падманом. Хотела перебить вкус тапр. Сделала глоток и тут же закашлялась. Напиток оказался еще более приторным.
— Господи, Бернард!
— Я добавил лепестков багнии, — виновато проговорил ирбужец. — Хотел, чтобы было вкуснее.
— Под «вкуснее» ты подразумеваешь «слаще»? — Алиса сглотнула, пытаясь избавиться от липкого привкуса. — У тебя не найдется воды?
Бернард дотронулся до одной из картинок — на столе появился графин с розоватой жидкостью. Еще касание — к графину присоединился стакан. Ирбужец налил воды и протянул Алисе. Она с опаской сделала глоток. Вода оказалась прохладной, слегка горьковатой и самое главное — не сладкой.
— Как ты можешь есть такое? — спросила Алиса и с удовольствием опустошила стакан.
— Вкусно же! — Бернард закинул в рот целый блинчик, пожевал и запил падманом. Алиса скривилась. — Просто ты не любишь сладости.
— Я люблю сладости. Но твои тапры сладкие чересчур!
Бернард широко улыбнулся:
— В ирбужском даже словосочетания такого нет: сладкие чересчур!
Кошмар художника
Одна из моих читательниц — замечательный иллюстратор Мария Усеинова — после прочтения «Первого межпланетного детектива» сказала: «У меня рябило в глазах от сумасшедшей палитры Ибурга )) Планета не для художников».

И ведь действительно:
Открывшаяся взору картина повергла бы в шок даже самого стойкого воспитателя детского садика. А этим людям порой приходится иметь дело с куда более изощренными экспериментами над фломастерами и красками.

Стены — зеленые, потолок — синий! С десяток разноцветных пуфов, все яркие, броские. Три кофейных столика отвратительного кораллового цвета. Остальная мебель преимущественно желтая. Складывалось впечатление, будто в этой комнате потрудился сумасшедший дизайнер, считавший своим долгом собрать вместе предметы интерьера, абсолютно разных и никоим образом не сочетающихся цветов.
Тайцы очень любят разноцветные вещи. Они надевают яркие футболки, красят дома в разные цвета, делают пёстрые вывески. Да и природа здесь броская, сочная, разнообразие цветов поражает. Я и не заметила, как переложила эту особенность на ирбужцев.
Неунывающие растаманы
Таиланд не зря называют «Страной улыбок», здесь действует негласный социальный протокол: встретился с прохожим взглядом — улыбнись. Не замечаешь, как начинаешь улыбаться всем вокруг, как от этого поднимается настроение и… хочется петь. Что, в принципе, и делают тайцы.

Впервые я увидела поющего тайца в магазине Seven-Eleven. Дядечка выбирал самый сладкий из всех имеющихся напитков и пел задорную песню. Не напевал, бормоча по нос, а пел. Громко, с выражением, вытягивая ноты.

Они поют, накладывая тебе в тарелку том-яма (вкуснейший суп — визитная карточка Таиланда). Поют, сидя в в тук-туке (местная общественный транспорт), гуляя вдоль пляжа, подметая полы. В любой ситуации, не стесняясь и не заботясь, что кто-то может их услышать. Это потрясающе! Я поражалась их раскрепощенности и позитивному настрою.

Ну и вполне закономерно, что ирбужцы вышли этакими улыбчивыми беззаботными весельчаками.
— Трусишь? — вождь довольно потер руки.

Он вел себя так, будто провожал Алису в комнату страха с ненастоящими монстрами, а вовсе не к пропасти, в которую ей предстояло прыгнуть.

— Еще бы, — буркнула в ответ Алиса.

— И че ты дергаешься? — ирбужец бодрой походкой двигался в сторону желто-зеленой арки. — Тыщу раз это делала. Не?

— Прыгала в пропасть? — наигранно удивилась Алиса. — Да нет, вождь, это будет мой первый опыт.
Празднование Нового года на Walking street в Паттае
Ещё Макки писал, что создаваемые нами сюжеты и сценарии — не что иное, как отражение пережитого опыта. Иногда осознаешь это, когда работаешь над очередной сценой. Иногда тебя внезапно осеняет спустя два с половиной года.

Тайцы трансформировались в ирбужцев, филиппинцы неожиданно нашли свое отражение в ланкунцах, а госковчане впитали черты разных европейских народов. А я тем временем создаю жителей планеты Донток. Как думаете, на кого они будут похожи?
Поделитесь историей в соцсетях!
Тогда вы всегда сможете её найти, и ваши друзья не пропустят интересный материал.
Хотите узнавать о новых статьях? Подписывайтесь на мой блог!
Обещаю: никакой рекламы, только уведомления о новых публикациях.
Нажимая кнопку «Подписаться», вы даете согласие на обработку персональных данных.
Понравилась статья? Читайте дальше!
Хотите пообщаться? Я всегда за!
Подписывайтесь на меня в соцсетях и задавайте вопросы.